Про памятники. Я много слушаю в дороге, в основном, интервью с разными людьми. Какие-то были с Артемием Лебедевым, в каждом из которых его спрашивают о современных памятниках и обязательно о памятнике Петру I Церетели со всеми вытекающими рассуждениями о раньше и сейчас. Люблю большую Пироговскую улицу, там много памятников про «раньше», они не разу не про концептуальное искусство, с множеством мелких деталей и какие-то понятные, душевный. Про Церетели у меня впечатлений не было, а чтобы осуждать Пастернака, надо его, хотя бы, прочитать, поэтому пошли с младшенькой составлять свое мнение в Музей творческую мастерскую художника Зураба Церетели на Большой Грузинской.
Чтобы поспорить о гигантизме Церетели, как оказалось, мы не совсем туда пришли, в Москве несколько его музеев. Здесь ничего гигантского, но много красочного, яркого, теплого. Старшая детонька, которая неравнодушна ко всякого рода спорному искусству, увидев фотографии тут же спросила, «где ей взять такой ковер». А гигантизм, мне кажется, это от чего-то национального, от щедрости натуры, когда не жалко. Если краску на полотна, то широкими , густыми мазками, от все души.
Яркие впечатления, жизнеутверждающие.
Еще одно такое же впечатление нас ожидало на улице. Недалеко от музея рос каштан, точнее умирал, сушенка-сушенкой, но с одной единственной живой веткой с хиленькими листочками и цветущей каштановой свечкой. Это тоже про что-то жизнеутверждающее, особенно, если это конец августа✨
Читайте также: Галерея Церетели: гигантизм, чугунная Луна и маяки, «Нам только посмотреть»: как мы с дочерью пошли в Третьяковку и пропали.
